Моя профессия

Ирина Белоярская: «Есть такая профессия – архитектор…»

Светлана Гришина

Ирина БелоярскаяБелоярская Ирина Константиновна – архитектор, реставратор, профессор, заведующая секцией реставрации и реконструкции архитектурного наследия инженерно-строительного факультета Вологодского государственного технического университета. Окончила Харьковский инженерно-строительный институт, работала в Ашхабаде. В Вологде с 1991 года. С 1991 по 1994 год руководила работой кафедры архитектуры. Кандидат архитектуры, в 2002 году защитила кандидатскую диссертацию по теме «Монастырские ансамбли Вологодской области. Принципы современной реабилитации». Автор ряда реставрационных проектов.

«В школе мне говорили, что я буду хорошим хирургом»

Я никогда не была отличницей, но училась только на пятерки и четверки. Очень любила геометрию, русский язык, литературу, алгебру, прекрасно шла по физике. Читать любила невероятно, и до сих пор книги заполняют всю квартиру. Училась в музыкальной и художественной школах, музыкальную успешно закончила по классу аккордеона. Интересовалась всем на свете, и трудно было предположить, какую профессию я выберу. Кстати, недавно вспоминала, как в школе учителя пророчили мне поступление в медицинский институт, подозревая, что из меня выйдет хороший хирург. Не знаю, может быть… Но я больше склонялась к другому: могла просто так, ради развлечения, решать задачи по алгебре и геометрии, много рисовала, а мой отец, скульптор и хороший рисовальщик, консультировал меня. Он хотел, чтобы я стала архитектором, и это стало решающим в выборе мною будущей профессии.

Жили мы в Ашхабаде – столице Туркменской республики. Там работали очень хорошие вузы, в частности, политехнический институт, но специальности «Архитектура» в нем не было. Однако, успешно сдав экзамены, можно было по целевому направлению отправиться учиться в другой крупный вуз страны. Я поступила в Харьковский инженерно-строительный институт, закончила его в 21 год и вернулась в Ашхабад. Меня сразу взяли на работу в крупнейший в республике проектный институт «Туркменгоспроект» на должность архитектора, и я стала успешно проектировать. Проработав три года и успев за это время выйти замуж, я накопила солидный профессиональный багаж: у меня было несколько реализованных авторских проектов. Это позволило мне в 1980 году стать членом Союза архитекторов.

«Всегда любила учиться и до сих пор люблю, но приходится учить»

Преподавать я начала в определенной мере случайно: по семейным обстоятельствам мне потребовалась работа со свободным графиком. Как раз это время в Туркменском  политехническом институте открыли кафедру архитектуры. В начале 1990-х в Туркмении стало очень неспокойно. Я к тому времени одна воспитывала двоих детей и понимала: если что-то случится, нам придется тяжело. Будучи на стажировке в Москве, я попросила знакомых найти мне другую работу. И вот приходит телеграмма о том, что меня ждут в Вологде. Секция архитектуры на инженерно-строительном факультете Вологодского политехнического университета открылась в 1989 году. Но так получилось, что в 1991 году я осталась в этой секции руководителем и единственным штатным преподавателем. Однако количество студентов с каждым годом увеличивалось, и я начала искать преподавателей-архитекторов. Поиски увенчались успехом: к нам приехала группа специалистов из Усть-Каменогорска, среди которых были и люди с ученой степенью. Появилась возможность открыть кафедру, и работа сразу оживилась.

«В Вологде я впервые увидела такое скопление памятников русской архитектуры»

Когда я приехала сюда, меня просто потрясло количество памятников архитектуры: в такой концентрации, как здесь, они нечасто встречаются в России. Я с большим интересом стала изучать архитектуру в области: активно участвовала во всех научных конференциях, объездила все районы. Особенно поразили меня монастыри, и я стала собирать о них материалы. В 2002 году защитила кандидатскую диссертацию «Монастырские ансамбли Вологодской области. Принципы современной реабилитации». Это была первая диссертация по архитектуре в области. И как раз тогда, когда я занялась изучением этой темы, в архитектурных вузах страны стали открываться специальности реставраторов. Для Вологодской области эта специальность была необходима, и я добилась того, что на инженерно-строительном факультете нашего университета в 2005 году открылась специальность архитектора-реставратора.

«Реставратор может все»

«Архитектор-реставратор», «архитектор-дизайнер» – это все слова. Получив базовое образование архитектора, можно совершенствоваться и стать архитектором-реставратором. Уважение и корректное отношение к тому, что было сделано до тебя, а также к природному ландшафту, – вот то, что отличает профессионального архитектора от человека, случайно попавшего в эту профессию.

Я не являюсь истовым приверженцем идеи, что надо сохранять все во что бы то ни стало. Я соглашаюсь с теми, кто выступает за то, чтобы восстановить деревянную Вологду, но при одном условии: город должен быть комфортным для современного человека. Некоторые архитекторы считают, что исторические города надо заполнять только новой застройкой. Как Корбюзье в 50-х годах предлагал проект генплана Москвы: снести центр столицы вместе с Кремлем и поставить высотки... Это крайности, а когда речь идет о памятниках архитектуры, они недопустимы. Любой исторический город – это и прошлое, и настоящее, и будущее.

Реставрация любого памятника – и дома, и храма – это очень и очень сложный процесс, и нельзя «выучиться на реставратора», не будучи архитектором. Нашим студентам мы так и говорим: вы сначала станьте архитекторами, а когда вы сможете ими быть, тогда мы вас допустим и к реставрации памятников архитектуры. А уж реставратор может все – и старое восстановить, и новое построить, и любой дизайн разработать. У нас студенты с удовольствием выполняют проект по дисциплине «Дизайн исторического интерьера» и после сдачи говорят: «Теперь выполнить дизайн любого современного объекта – это для нас пустяк». Сколько тонкостей возникает в подборе мебели, цвете стен, объемно-пространственном решении помещения, композиции картин на стенах!.. Но все это дает возможность воссоздать настроение и дух прошедшей эпохи.

«Архитектор должен уметь проявить профессиональную скромность»

Что значит бережно относиться к архитектурному наследию? Современный проектировщик, создающий свой объект в сложившейся среде исторического города, первым делом должен оглядеться вокруг и отнестись с уважением к тем людям, которые работали здесь до него. Так делается во всем цивилизованном мире. Почему у нас многим не нравится современная архитектура? Потому что в ней нет гармонии – каждый хочет прежде всего «показать себя», сделать свое произведение ярким, «бросающимся в глаза». И вот появляются дома с какими-то башенками, с безвкусными, нелепыми украшениями… Архитектор должен обладать профессиональной скромностью и уметь «вписаться» в окружающую среду. Ансамбли улиц исторических городов формировались на протяжении столетий. Почему они до сих пор радуют глаз? Потому что каждый, кто там строил, смотрел, как его здание будет выглядеть среди других… Я не против нового строительства в исторической среде, но оно должно быть максимально тактичным и обязательно обоснованным. Этому я и учу студентов. Очень удачный в этом плане пример – здание Френка Гэри на Парижской площади в Берлине. Один из известнейших современных архитекторов, работающий в стиле деконструктивизма, проектирует здание скромное и невыразительное: ведь оно стоит рядом с памятником истории немецкого народа – Бранденбургскими воротами, а их нельзя «перекричать».

«Архитектуру невозможно изучать по картинкам»

Я со своими студентами много езжу: и в Москву, и в Петербург, и в Ярославль, и даже за границу – недавно, например, побывали в Германии. Они приезжают, полные впечатлений. Ведь памятники архитектуры, ансамбли исторических городов надо видеть собственными глазами, их невозможно изучить по одним только планам и фотографиям. Мы там все время в движении: ходим, ездим, стараемся «вживую» увидеть весь город. Эти поездки, особенно зарубежные, во-первых, расширяют кругозор, а во-вторых, вселяют уверенность. Побывав в других странах, человек уже не будет воспринимать «заграницу» как нечто мифическое, а культурное наследие своей страны осознает в контексте мирового.   

«Не думайте, что меня все студенты любят!»

Когда открыли специальность «Реставрация», у нас было два бюджетных места, сейчас их десять. Состоялись уже три выпуска. Серьезная работа начинается уже на первом курсе. Студенты активно участвуют в научных конференциях, конкурсах, фестивалях и «зарабатывают» много премий и дипломов. На кафедре сильный преподавательский состав, но, конечно, очень нужны молодые и активные. Работа преподавателя требует энергии и, не побоюсь этого слова, самоотверженности. Она ведь не ограничивается часами лекций и занятий. Сколько сил надо потратить на студента-должника! Легко, конечно, поставить тройку и отправить его восвояси, но что он потом будет с этой тройкой делать, как будет работать? Я ко всем своим студентам отношусь одинаково хорошо, но и требования ко всем предъявляю одинаково строгие – считаю, что иначе нельзя.

«Посылаем на фестиваль пять проектов – и получаем пять дипломов»

У нас было три выпуска, и три года подряд наши студенты участвовали в ежегодном международном смотре-конкурсе лучших дипломных проектов по архитектуре и дизайну. Каждый год он проходит в новом городе: мы уже побывали в Воронеже, в Ереване, в Красноярске. Мы представляли по одному проекту по реставрации или реконструкции – и два года занимали первое место в своей номинации, оставляя позади даже такие архитектурные вузы, как МАРХИ, УралГАХА, Новосибирский архитектурно-строительный университет, Сибирский федеральный университет... Третье и шестое места заняли два наших проекта в этом году. Призовые места каждый год – это нонсенс! Причем в жюри конкурса до последнего времени думали, что у нас целый архитектурно-реставрационный факультет, а не группа в несколько человек.

На ежегодном международном архитектурном фестивале «Зодчество» есть номинация «Работы студентов архитектурных школ и колледжей». В ней всего десять дипломов. Мы в прошлом, 2011 году послали пять проектов – и автор каждого из них был отмечен как дипломант! В этом году мы послали три проекта и опять получили три диплома. Это говорит о том, что на сегодняшний день мы очень успешны и всё делаем правильно.

Многие мои ученики – и архитекторы, и архитекторы-реставраторы – уже состоялись в профессии. Кто-то остается в области, кто-то уезжает. Алексей Кирьянов – главный архитектор Вытегры, Павел Ямов – главный архитектор Великого Устюга, Александр Швецов – главный архитектор Вологодского района. Илья Рогалев работает ведущим архитектором на реконструкции Мариинского театра в Санкт-Петербурге. В сфере архитектуры трудятся Олег Рагутский, Юлия Жирнова, Денис Поздняков, Наталья Пахомова, Елена Кукушкина, Наталья Пьянкова, Владимир Лукин, Юрий Блохин, Александр Федорчук, Александр Борисовский, Людмила Майорова... Многие работают как реставраторы. Татьяна Глибкина, например, специализируется на реставрации деревянной архитектуры в Вологде. Александр Барболин и Екатерина Ершова были в числе авторов проектов реставрации памятников в Белозерске – моста через ров, церквей, жилых домов. Две моих ученицы, Елена Мусинская и Анна Васильева, уехали в Санкт-Петербург и недавно рассказывали, что участвовали в реставрации крыши Эрмитажа. Несколько человек работают в Ярославле. Анна Лойко, Анна Дворник, Владимир Лупандин, Александр Прокофьев, Александра Колосова, Федор Комлев, Артур Тулбаев и многие другие (долго можно перечислять) – прекрасные архитекторы-реставраторы. Всего у нас около 150 выпускников. В ноябре у меня был юбилей, так только приезжих из других городов было человек тридцать. Многие поздравляли по телефону, даже из Америки звонили... Труд архитектора или реставратора легким не назовешь, где бы он ни работал – хоть в провинции, хоть в столице. Но надеюсь, что нашим выпускникам в любых обстоятельствах удастся сохранить тот творческий и профессиональный «заряд», который они получили в стенах университета, и стать высококлассными специалистами.

Реставрационные проекты И. К. Белоярской:

Проект реконструкции свода церкви Воздвиженья Честнаго Креста в селе Воздвиженье Вологодского района Вологодской области (2000). Реализован в 2002 году;
Проект реставрации свода церкви Святой Троицы в селе Кубенское Вологодской области (2000). Реализован в 2004 году;
Проект реставрации колокольни церкви Святой Троицы в селе Кубенское Вологодского района  Вологодской области (2004). Реализован в 2006 году;
Обмерные чертежи летней (холодной) церкви Святого Дмитрия Прилуцкого в Вологде (2006);
Обмерные чертежи зимней (теплой) церкви Святого Дмитрия Прилуцкого в Вологде (2007);
Обмерные чертежи церкви Ильи Пророка в селе Самино Вытегорского района Вологодской области (2008);
Обмерные чертежи столярных изделий оконных и дверных проемов церкви Рождества Богородицы в городе Вологде (2007). Проект реализован в 2008 году;
Исследования, обмерные чертежи и проект реставрации церкви Архангела Михаила в селе Архангельское Череповецкого района (2011);
Исследования, обмерные чертежи и проект реставрации церкви Св. Иоанна Богослова в селе Малая Янгосарь Вологодского района Вологодской области (2011 – 2012);
Исследования, обмерные чертежи проект реставрации церкви Св. Флора и Лавра в селе Кумзеро Харовского района Вологодской области (2011 – 2012).