12+

Альбом «Шаржи и рисунки»

Альбом «Шаржи и рисунки» Рубцов. 1994 г. Б. В. Белянин. 1997 г. В Мишкольце. Венгрия Губернатор Вологодской области Позгалев В.Е. 1997 г. Добровольцы. 1987 г. Кое-что осталось. 1977 г. Конструктор ОГА Т. Ермушева. 1980 г. Красный командир. 1976 г. Литейщики. 1980 г. М. С. Ставровский, 1996 г. Марта Бошшани. Венгрия. 1983 г. Мартовский весновей. 1996 г. Мужской портрет. Москвич, 1975 г. Обнаженная. 1975 г. Поэт Игорь Воробьев. 1991 г. Ровесники, 1975 г. Сидящая. 1996 г. Сторож стадиона. 1977 г. Тележурналист В. Есипов. 1995 г. Факир. 1977 г. Эскизы. 1976 г. Этюд с лежащей моделью. 1975 г.
  • Альбом «Шаржи и рисунки»
  • Рубцов. 1994 г.
  • Б. В. Белянин. 1997 г.
  • В Мишкольце. Венгрия
  • Губернатор Вологодской области Позгалев В.Е. 1997 г.
  • Добровольцы. 1987 г.
  • Кое-что осталось. 1977 г.
  • Конструктор ОГА Т. Ермушева. 1980 г.
  • Красный командир. 1976 г.
  • Литейщики. 1980 г.
  • М. С. Ставровский, 1996 г.
  • Марта Бошшани. Венгрия. 1983 г.
  • Мартовский весновей. 1996 г.
  • Мужской портрет. Москвич, 1975 г.
  • Обнаженная. 1975 г.
  • Поэт Игорь Воробьев. 1991 г.
  • Ровесники, 1975 г.
  • Сидящая. 1996 г.
  • Сторож стадиона. 1977 г.
  • Тележурналист В. Есипов. 1995 г.
  • Факир. 1977 г.
  • Эскизы. 1976 г.
  • Этюд с лежащей моделью. 1975 г.

Родился я 2 апреля 1948 года в 3 часа ночи в крестьянской избе под соломенной крышей на родине мамы в деревне Горелухово Рыльского района Курской области. Родители мои, Екатерина Ивановна и Михаил Николаевич, несказанно были рады, что появился я на свет в России, а не в Германии, откуда они возвращались после войны. Им пришлось сполна испытать это суровое лихолетье, поэтому мирная жизнь, несмотря на многие бытовые лишения, им казалась настоящим счастьем. Они были на самом деле счастливыми людьми и до конца жизни любили друг друга. В семье кроме меня, старшего, были еще брат Геннадий и сестра Наталья, которые и поныне живут в городе Великом Устюге. Из всех наших родственников никто художником не был.

Я стал рисовать осознанно лет с шести – семи, а в третьем классе стал выпускать стенгазету и обнаружил в себе способности карикатуриста. Чем больше я рисовал, тем хуже была моя успеваемость по другим предметам. В 10 лет я срисовывал из журналов и книг разные картинки, показывал ребятам в нашем дворе, объяснял, как рисовать с тенями. За что и получил прозвище «Теня». В девятый класс меня не приняли, и я пошел учиться в строительное ПТУ. Обидными стали слова отца: «Если не можешь работать головой, работай руками». На стройке я пять лет работал руками и три года головой в вечерней школе. Занимался в городской изостудии. С тех пор пытаюсь совмещать и то, и другое. О том, что я когда-то стану художником, и речи не было. Мечта моя стала осуществляться после возвращения из армии, а служил я три года на Северном флоте в качестве художника части в г. Архангельске, затем со второго захода поступил в МВХПУ (б. Строгановское).

В Великий Устюг наша семья переехала из Архангельска в 1955 году. Город поразил меня патриархальной тишиной и множеством церквей. Люди и их жилища казались одним каким-то существом, пришедшим в реальность из древних русских сказок. Город становился особенно хорош зимой, в крепкие морозы до 45 градусов, дым из труб стоял вертикальными белыми столбами до самого неба.

При полной утренней тишине, когда деревья и дома вокруг покрыты инеем, раздавался оглушительный треск рвущихся бревен, да такой, что стены у домов вздрагивали и душа от испуга уходила в пятки. Такой мороз назывался трескучим. Я работал на стройке плотником. В большие морозы мы ежечасно грелись в прорабской будке. Топоры высокой закалки не выдерживали и при ударе о мерзлое дерево крошились. В такие дни я рисовал и смешил своих и без того веселых от сугрева коллег.

В этом альбоме можно увидеть шаржи и зарисовки с натуры окружавших меня друзей и знакомых, придуманные мною разные нелепые ситуации из жизни, фантазии на исторические темы да и многое другое, что приходило в голову невесть откуда и без всяких тому объяснений. Я долго думал, как все это преподнести: по темам, технике исполнения, видам, стилевым особенностям, и пришел к тому, что вначале будут рисунки и шаржи, а за ними рисунки с натуры.

«Деревенская красавица» с приданым и автошарж в предстоянии перед расписываемым мною панно на военно-патриотическую тему, также шарж на капитана 2-го ранга замкомандира части по воспитательной работе Чеброва и рисунок для газеты «На страже заполярья» выполнены в разных техниках. На флоте я служил при клубе радиотехнической школы в г. Архангельске в районе Соломбала, у меня было много разнообразной оформительской работы. Пригодилась профессия столяра-плотника и полученные навыки в изостудии, которую я посещал в 1964-1966 гг. при краеведческом музее г. В.Устюга. Я сам сколачивал щиты и подрамники, делал мебель для комнат отдыха, писал 30 метровые лозунги, оформлял Ленинские комнаты, сочинял и расписывал большие панно, выпускал стенгазету. За время трехгодичной службы выполнил 50 портретов русских флотоводцев, а объявлений и плакатов было написано более 1500 шт. Меня поощряли: ездил каждый год в отпуск на 10 дней. К концу службы чувствовал себя настолько уверенно, что даже не знал, чему меня еще могут научить в вузе, куда и готовился поступать. Свернул в трубочку свои карандашные рисунки и акварели и отправил бандероль в МВХПУ. Через какое-то время пришел вызов на собеседование и сдачу экзаменов. В Строгановку я поступил со второго раза на отделение художественной обработки металла. Был конкурс 24 человека на место, допустили до экзаменов 10 человек на место. Я прошел 3-м номером и был несказанно счастлив. Годы учебы стали самыми лучшими в моей жизни. На первом занятии по рисунку на полу установили натюрморт из геометрических предметов, и мы усердно стали рисовать. В результате многим поставили двойки и тройки. Тут-то я и понял, что все нужно начинать сначала, что я на самом деле ничего еще не знаю. Познания мои были поверхностными и неглубокими. Английский язык и история искусств давались особенно трудно, пришлось много работать над собой. В перерывах между занятиями, а чаще на лекциях по научному коммунизму, профсоюзных и комсомольских собраниях, я постоянно рисовал. Вначале учеба в МВХПУ давалась нелегко, но мне уже было 24 года, и я хорошо знал: чтобы достичь поставленной цели, необходима самодисциплина и постоянная работа над собой. Раз и навсегда я решил учиться всему, не выделяя главные и второстепенные предметы. Второй курс закончил без троек, выполнял все задания в срок и легко, стал получать в дальнейшем повышенную стипендию. Наши занятия проходили в Третьяковской галерее, Оружейной палате Московского Кремля, Пушкинском музее, Русском музее. Мы выезжали в Ленинград, Ригу, на Урал для изучения Каслинского литья. В летние каникулы я постоянно возвращался в свой Великий Устюг, рисовал и писал этюды. Под сводами надвратной церкви Михайло-Архангельского монастыря постоянно работали все приезжающие в Великий Устюг художники, привлекательной была и набережная вдоль по обе стороны реки Сухоны. В спокойной глади воды отражались величественные белые храмы, вокруг было столько воздуха и света, что невольно все это хотелось тут же запечатлеть на холст или бумагу. За лето я привозил больше сотни этюдов и рисунков. Родители меня не понимали, хотели видеть сына хорошо, по-столичному одетым, а я постоянно ходил с этюдником в простой рабочей одежде и занимался, как они считали, непонятно чем.

С 15 лет я жил самостоятельно, сначала учился в ПТУ на полном гособеспечении, затем работал на стройке и учился в вечерней школе, поэтому мои родители, когда я поступил в институт, решили помогать мне и высылали ежемесячно на учебу по 40 рублей. Я считал своим долгом учиться, как следует, а этих средств мне вполне хватало, за что я им был очень благодарен.

Свою первую персональную выставку я провел в В.Устюге летом в 1975 году, показал несколько рисунков, этюдов и медалей. Впервые в этом же году стал участником Всесоюзной выставки медальерного искусства в Москве. Из музея МВХПУ взяли мою работу и нашего преподавателя А.Ф.Саржанта. То, что работа студента попала на престижную выставку, говорило о многом, так как студенческие работы брать было не принято. За годы учебы в Москве я был участником Всероссийской выставки и Осенней выставки московского Союза художников. На третьем курсе выполнил серию медалей «Песни гражданской войны», а затем дипломную работу – серию плакет «1917 год». Закончил МВХПУ с отличием.

В нашей группе учились 10 человек, каждый был особенным и интересным: нежный Юра Орудин из Тулы, грубоватый и немного заносчивый Илья Буланенко из Волжского, пронырливый красавчик Леня Розин из Красного села, хитроватая Люда Новихина из Астрахани, хваткая Света Коробова из Калуги, добрая москвичка Оля Гришина, наивный Володя Чибисов и молчаливый Игорь Серов, осведомленный во всем Леша Бубнов - сын известного живописца, они были тоже москвичи, целеустремленный Дарчи Хасаханов из Чечни, разухабистый Зинур Магжанов из подмосковной Электростали. Наш преподаватель по композиции и проектированию Анатолий Федорович Саржант был с нами на равных, имел добродушный нрав и сильно не докучал.

Преподаватель по скульптуре Михаил Степанович Алещенко показался нам строгим и требовательным, брал в руки какую-нибудь доску и беспощадно правил наши скульптуры, превращая их, почти готовые, в первоначальное состояние. Мы поначалу злились на него, но потом были благодарны за то, что стали видеть форму и объем. В комнату общежития на Соколе я поселился вместе с Дарчи Хасахановым и Виктором Беловым. Витя учился на отделении художественного конструирования, называл себя модным словом дизайнер, подрабатывал рабочим сцены в театре Сатиры, снимался в массовках в кино.

1 сентября вместо учебы нас, первокурсников, отправили в колхоз под г. Клином убирать картошку. За этот месяц работы мы лучше узнали друг друга. Там же и родились слова песни про колхоз, которую я сочинил и потом пел до конца учебы со всеми вместе. Слова были простые и беззаботные, как наша сельская работа.

За время студенческой жизни было много встреч с разными известными людьми. В Строгановке проводили свои творческие вечера кинорежиссер А.Тарковский, композитор А.Хачатурян, мультипликатор В.Котеночкин, пародист А.Иванов, студенты ВГИКа, писатели и поэты. Я часто ходил в театр Сатиры, бывал там за кулисами и в артистическом буфете. Смотрел пьесы того времени: «Клоп», «Маленькие комедии большого дома», «Женитьба Фигаро», «Интервенция», наслаждался игрой артистов А. Папанова, М. Державина, А. Ширвиндта, С. Мишулина, А. Миронова, Т. Пельцер, Г. Менглета, О. Аросевой.

Общежитие наше располагалось на Соколе в студгородке, проживали в нем и иностранные студенты из Вьетнама, Болгарии, Польши, Судана, Монголии. У каждого были свои особенности и пристрастия. Вьетнамцы жили коммуной, часто жарили селедку и варили рис, были дисциплинированные до смешного. Подселили как-то одного вьетнамца в комнату русского студента с факультета монументальной живописи. Он решил подшутить над иностранцем, несколько дней будил его в 6 часов утра и они, стоя в трусах, слушали гимн Советского Союза. Однажды наш студент проспал сие торжество, вьетнамец стоял по утрам один, но, в конце-концов, не выдержал и написал жалобу о непочтении русским студентом гимна СССР. Нашего «патриота» примерно наказали, за издевательство над иностранными гражданами отчислили с 4 курса. Проводили в общежитии и санитарные дни, раз в месяц проверяли чистоту в комнатах. Однажды, по итогам проверки мы выпустили стенгазету, к поверхности которой приклеили прозрачную упаковку от сигарет, куда и поместили вещественные доказательства - живых клопов и тараканов. К нам часто приезжали и оставались на ночь друзья. После 11 часов вечера пройти в общежитие было трудно, но за бутылку или стакан красного вина строгая вахтерша Анна совершала служебные злоупотребления.

В Великом Устюге я встретился со своей будущей женой. В этом небольшом городке прошло наше детство и юность, мы имели общих друзей и знакомых, но встретились случайно только в 1976 году в гостях у Облупиных. С первого раза что-то екнуло в груди. Я старался заглушить это чувство, но все было напрасным. Несколько летних дней мы провели вместе, а зимой поженились. После окончания института, по моей просьбе, меня направили в Великий Устюг на ювелирную фабрику «Северная чернь». Мы ждали ребенка и жили у наших родителей. На «Северной черни» обеспечить квартирой меня отказались, и я уволился, не проработав и дня. Почти год преподавал в Великоустюгской детской художественной школе, но после рождения ребенка мы переехали в Череповец по месту работы жены. В невзрачного вида помещении Череповецких художественных мастерских Вологодского отделения художественного фонда меня встретили настороженно. В прокуренной комнате сидели несколько человек и играли в домино. На столе - остатки былого застолья. Разговор был недолгим и натянутым, но мне все же поведали, что в Череповце живут и работают 10 членов Союза художников СССР, что принимают в худфонд вообще-то в Вологде, и еще нужно посмотреть, что я умею делать. Я рассказал, что с отличием окончил Cтрогановку, что участвовал в крупных выставках, но это не произвело на окружающих никакого впечатления, видимо для вхождения в круг местных художников этого было совсем недостаточно. Я развернулся и без сожаления ушел. Вскоре по приглашению бывшего моего однокашника по Строгановке Е. Маринина поступил работать в возглавляемый им отдел главного архитектора металлургического комбината на должность инженера-конструктора. Коллектив попался молодой и хороший. Мне опять повезло. Я получил большую мастерскую, был независим и работал с большим удовольствием с утра до позднего вечера. За пять лет работы на комбинате установил ряд мемориальных досок, стеллу, посвященную «25-летию Чер.Мк», памятник павшим в Великой отечественной войне жителям деревни Торово, сделаны несколько юбилейных медалей и значков.

В 1983 году в составе делегации вологодских художников я побывал в Венгрии, выполнил там несколько десятков рисунков и серию плакет в бронзе и алюминии. С 1985 года перешел на работу по договорам в Череповецкие мастерские Вологодского художественного фонда СХР, неоднократно работал в доме творчества в Переславле - Залесском имени Кардовского, избирался членом правления Вологодской областной организации СХР по работе с молодыми художниками города Череповца.

Свою вторую выставку рисунков я провел в Доме художников Череповецкого регионального отделения в 1996 году, почти через 20 лет. За это время в стране и в Союзе художников произошли большие изменения. Вологодское художественное отделение худфонда СХР развалилось. В Череповце было создано самостоятельное региональное отделение СХР, первым председателем которого суждено было стать мне. В нашем Доме художника были проведены сотни разнообразных выставок, в том числе и 10 моих персональных. Чем труднее становилось, тем веселее шла работа. В начале 90-х годов я включился в политическую жизнь города, был избран депутатом горсовета, заседал в разных комитетах, отстаивал сохранение исторической части города, наблюдал, как вели себя люди в тех или иных ситуациях, как власть меняла людей, постоянно делал зарисовки, проиллюстрировал книжку стихов «Штопсы» известного череповецкого поэта, моего коллеги по депутатской работе и друга по жизни В.Башнина. Кое-кому было неприятно увидеть себя в ней, и часть тиража была уничтожена. На своей персональной выставке я показал серию шаржей крупного размера в цвете, не забыл и про себя, мой автошарж был в центре, к нему я приколотил ящичек для пожертвований с надписью «Подайте на восстановление моего ухудшившегося морального здоровья». Это было в мой день рождения, пришло много народу, люди узнавали себя и могли за символическую плату выкупить свои шаржированные портреты, дабы избавить себя от публичного рассмотрения, было все очень необычно и весело, по крайней мере для меня. Были на выставке и рисунки, сделанные мною в период работы в отделе главного архитектора Чер.МК, а также и шаржи на художников нашей организации.

При подготовке к моей юбилейной выставке в г. Вологде я пересмотрел накопленный за сорок лет свой архив, выбрал из тысяч разнообразных рисунков наиболее удачные по сходству с изображаемыми персонажами и по художественному достоинству работы, сделал попытку опубликовать их в этом небольшом альбоме. Что из этого получилось? Судить Вам, уважаемый зритель.

А. М. Шебунин

Поделиться
Плюсануть
Класснуть