12+

Состоится открытие художественного проекта «Новый Plein Air»

11 ноября 2010 года в галерее современного искусства «Красный Мост» в 18 часов состоится открытие художественного проекта «Новый Plein Air». Зрители смогут познакомиться с творчеством молодых московских актуальных художников, представляющих Россию на различных выставках, фестивалях и арт-ярмарках.

Участники проекта:
Аня Желудь - инсталляция, объекты;
Андрей Кузькин - инсталляции, графика, видеоперформансы;
Иван Лунгин - живопись, объекты;
Хаим Сокол – инсталляции.

Инсталляция Х. Сокола «Палимпсесты» предоставлена галереей «Анна Нова», Санкт-Петербург. Инсталляция Х. Сокола «До востребования» предоставлена галереей «Триумф», Москва.

Аня Желудь о проекте «Новый Plein Air»:
Однажды раздался звонок: Галина Владимировна, галерея «Красный Мост». Я съездила. Сделала там инсталляцию «Выставочный план» (2009 год).

На днях вновь раздался звонок. Галина Владимировна говорила о том, что она встречалась с Андреем Кузькиным, и что ей очень нравятся его работы. Потом обмолвилась о том, что у нее пустуют залы в ноябре, и что ей бы хотелось показать свежее московское искусство...

И невзначай спросила, как я отношусь к тому, что делает Андрей Кузькин... Кроме того, что я была счастлива видеть Галину Владимировну, наблюдать за позитивом в ее глазах и исходящей от нее питающей лучезарной искоркой, упоминание Кузькина невольно отправило мои мысли к тоске по Ольге Лопуховой, и когда Галина Владимировна задала мне этот вопрос, я поняла, что единственное, что я могу ей ответить - это: «Вы понимаете, он мне как брат». Собственно такой странный ответ и определил дальнейшее развитие событий...

Хотя мы лично и не были толком знакомы с Андреем, я действительно довольно давно воспринимала его как очень близкого мне человека-художника. Помню, что вернувшись домой после длительного нахождения в Европе и обойдя все выставки в Москве, единственным, что потрясло меня до глубины души, была выставка Кузькина в Арт Стрелке.

Следом за Кузькиным всплывают имена Хаима Сокола, Ивана Лунгина, Романа Сакина, и получается, что если Ольга была «Кузькина мать», то у меня, как минимум, есть еще три брата. И одновременно возникало воспоминание о том, как Ольга была неравнодушна к регионам и открыта ко всем самым абсурдным внестоличным проектам. И глядя в глаза Галины Владимировны, блестящие, напротив, внезапно стало понятно, что отказать невозможно. «Почему бы и нет», - подумала я...

Мы отправились в мастерскую к Хаиму... После этого у меня не осталось ни малейшего сомнения в том, что выставку сделать, как минимум, невредно. В общем стало ясно, что если каждый из нас прихватит по паре объектов, получится совсем неплохая и вполне симпатичная экспозиция, которая, вероятно, для нас непосредственно самих может оказаться чем-то полезным.

А вот дальше неясно, как представлять такой, с одной стороны, случайный, а, с другой, безукоризненно цельный, заведомо сформировавшийся проект, кроме как братскую любовь, может быть. Если обратиться к точкам касания и идентичности круга художников, сложившегося вокруг Ольги, то, вероятно, нас возможно опознать по родственному восприятию фактур материалов, скорее, не только формальному, но и тематическому, а также по некоему общему камертону, который Ольге удавалось определять - слышать издалека, задолго до того, как он донесется до ушных раковин авторитетных влиятельных деятелей московского арт-плацдарма. В целом, ничего не ясно и не оправдано, и выставка сборная, экспромтная и, конечно, случайная.

Но все-таки возникает вопрос: почему, почему все мы приходили именно к ней? Начавшие практику в области современного искусства плюс-минус с разницей в два-три года и ставшие востребованными и нужными художниками единовременно, мы заочно сопоставляли и опознавали себя друг с другом. Но, кроме того, и со стороны оказались восприняты идентично, причем стороной вполне объективной и независимой, местами даже не компетентной, что в данном случае вдвойне весомо.

Что же, что нас так объединяет и формирует как некий канон? Скорее всего, как мне кажется, обращение к фактуре материальных и информационных потоков. Запреты-возможности, трудности-легкости, простецкие элементарности и многослойность подтекстов, абсурдность, утопичность, приведенная к знаменателю - вот сущность изучаемого предмета художниками, упомянутыми выше и представленными на московско-российской арт-сцене с легкой руки одного человека, который нас принял однажды под крыло материнской опеки.

Итак, что же это за потоки, что за фактуры, мотивы, подтексты? Родственность сырья: цемент, металл, пространство, контекст - это еще не повод для братства... Тогда что же? Как мне кажется, общее - это частное - личное восприятие окружающей среды - некий пленэр - документальный подход и отношение к запечатлеванию и восприятию внешности некоей отечественной действительности. Новый пленэр - это когда художник подбирает по пути из пункта в пункт впечатления, как передвижник, но оформляет их при этом в рамки актуальности, на самом деле, родившись эстетом нонконформистского телосложения, предлагая некую переходную версию отношения артиста к жизни предметно-пространственной среды... Таким странным способом мы все дружно, как мне кажется, вспомним про нашу точку старта - про Ольгу - почему-то в Вологде (хотя вполне ясно, почему), но зато вместе преподнеся этому городу очередной московский фортель в виде арт-объектов, артефактов оцифрованных документальных опусов и заформатированных жизненных принципов.

Информация Арт-галереи «Красный мост»