12+

Василий Сигарев, Яна Троянова, Роман Борисевич представили фильм «Жить»

7 июля 2012 года в рамках III Международного фестиваля молодого европейского кино «VOICES» вологжане не только смогли посмотреть нашумевшую картину «Жить», но и пообщаться с ее режиссером Василием Сигаревым, актрисой Яной Трояновой, сыгравшей одну из главных ролей в фильме, и продюсером Романом Борисевичем. Василий Сигарев стал известен благодаря своим пьесам, которые ставят во всем мире, одна из самых популярных – «Пластилин». Но не так давно он решил попробовать себя в новой роли – кинорежиссера, его первый фильм «Волчок» завоевал немало наград на различных международных фестивалях. Картина «Жить» – это вторая полнометражная кинематографическая работа, которая также получила признание на многих престижных кинофорумах.

Сюжет фильма – три параллельные истории, объединенные глубоким чувством утраты, потери близкого человека. В судьбе каждого из героев фильма произошел надлом, полностью перевернувший их жизнь. Все они – люди разных возрастов: мальчик, который ждет своего непутевого папу, девушка Оля Гришина (Гришка), мама двух девчонок Галина Капустина. Каждый со своей бедой справляется по-своему, но все они в какой-то момент впадают в страшное отчаяние от душевной боли. Все три истории очень трогательны, а главные персонажи описанных событий вызывают глубокое чувство сострадания у зрителя.

- Как состоялся ваш переход от драматурга к кинорежиссеру?

Василий Сигарев: А мне особо не пришлось переходить, так как я себя театралом и не считаю. И на своей премьере я был первый раз в жизни в театре.

Роман Борисевич: Пьесы Василия ставят не только в России, но во всем мире. Он имеет достаточно большой театральный опыт, у него в «копилочке» немало театральных наград. И те пьесы, которые я читал, можно смело назвать уже готовым сценарием, поэтому переход и не был каким-то резким.

Василий Сигарев: Да, например, «Пластилин» являлся полноценным сценарием, но театральный мир отказался отпускать меня в мир кино, они назвали его пьесой и начали ставить. А потом появился «Волчок», который был именно сценарием, и я уже не дал называть его пьесой.

- Роман, как произошло ваше знакомство с Василием?

Роман Борисевич: К моему стыду, когда наш сценарист Александр Родионов порекомендовал прочитать «Волчок», о Василии Сигареве я не знал. Александр тогда мне сказал, что автор – парень с Урала. Сценарий мне очень понравился, я был рад, что этот молодой человек неизвестен никому. Я похвастался хорошим сценарием Хлебникову, на что тот ответил, ну так это же Василий Сигарев, его спектакль «Пластилин» известен в Европе. И я несколько разочаровался – никогда не хожу к режиссерам и сценаристам, которые уже «прогремели», так как может создаться впечатление, что я обращаюсь к ним из-за известности, а не потому, что сценарий искренне понравился. Но когда я набрался смелости и позвонил Василию, все оказалось гораздо проще и интересней, и уже после личного знакомства был готов с ним работать. Естественно боялся, так как это был дебют Сигарева как кинорежиссера. Вообще, я считаю, что благодаря таким фильмам с ярким авторским почерком идет развитие кинематографа, все остальное – подражание чему-то, топтание на месте.

- Как вы считаете, почему в последнее время в искусстве появляются новые имена не из столичных городов Санкт-Петербурга и Москвы, а других, как вы, например, из Екатеринбурга?

Василий Сигарев: В Москве совершенно другая обстановка, там на первом месте стоят деньги, в менее крупных городах – иная энергетика.
Так, например, в Вологде выглянув вчера в окно, я понял, что это моя стихия, как мой Нижний Тагил, и я могу писать только о таких местах.

Яна Троянова: Екатеринбург, Урал питают своей энергетикой. И получилось так, что Москва сама к нам приехала. Роман познакомился с Василием после прочтения сценария «Волчка» и позвонил, затем состоялась личная встреча в Екатеринбурге. Борисевич сначала хотел купить сценарий, но Сигарев уже решил снимать по нему фильм сам. Пяти минут общения хватило, чтобы продюсер согласился на это, доверился нам. А «Жить» – это вторая совместная картина с Романом. Переезжать в столицу мы не собираемся. Да, Москва – хлебосольная, но при этом она из тебя высосет все, что за долгие годы накопилось, все, что в тебе есть и дано Богом. И в итоге творчество может превратиться в рабство, а нам этого не хочется. Пусть Сигарев пишет на Урале о его жителях, потому что найдется тот, кто напишет сценарий про олигархов, мы о них создавать фильмы права не имеем. Мы делаем картины о том, что хорошо знаем.

- Яна, расскажите, пожалуйста, о себе, о своем пути в кино, в последнее время у вас получился такой «взрыв» в творчестве – вы много снимаетесь, создаете интересные образы.

Яна Троянова: Я сама с Урала и собственно несу этот образ в кинематограф. Я намеренно в театральном институте прогуливала занятия по сценической речи, тогда у меня сработал инстинкт самосохранения, Я хотела не потерять свою природу и быть в кино такой, какой я на самом деле являюсь. Я не выходила из института готовой героиней, кстати, я его бросила после второго курса. Я окончила философский факультет в университете, и этим дипломом горжусь, но моя любимая профессия, мое призвание – актриса. И меня, как актрису Яну Троянову, открыл именно Сигарев, он научил любить свои недостатки. Например, мой говор, которого раньше я очень стеснялась, а затем поняла, что это мое настоящее. Я могу контролировать речь, если захочу, но мне просто это неинтересно. Часто режиссеры приукрашивают действительность, но надо оставаться теми, кто мы есть, и не стесняться своих каких-то темных углов, грязных улиц, убогих домишек. При этом у нас имеется и прекрасная архитектура, и настоящая интеллигенция. Все, что в нас есть, мы должны приносить в кинематограф. Актер обязан не бояться своего ужаса внутри и быть готовым поделиться им со зрителем – это и есть школа.
Я особенно горжусь ролью в фильме «Волчок». Работа над этим фильмом – ощущение детства, когда ты в первый раз что-то сделал сам, а сейчас ты сидишь взрослый. Награды мы уже спокойнее принимаем, а тогда плакали на сцене. Вот это ощущение ушло, поэтому «Волчок» для меня останется самой яркой работой. На съемках была забавная история с тарелкой. Нам Роман Борисевич сказал, что нужно купить тарелку и разбить ее на площадке о штатив камеры. А мы решили немного пошутить. Мы чувствовали их боязнь за нас, что мы не справимся с работой, и специально купили железную тарелку. Мы пришли на площадку на первый съемочный день с этой тарелкой, Рома спросил, почему тарелка железная, а мы сказали, что ты сам просил купить такую, чтобы не разбилась. Началась паника, все забегали. Вот так мы здорово разыграли, а потом уже достали нормальную тарелку, и Вася быстро подбежал, хлопнул ее, а я даже не заметила, как все произошло, хотя очень ждала этого момента. Осколки с подписями нашей команды я до сих пор храню.

- Расскажите, как вы работали с юными актерами, как вы подбирали детей на роли в картинах «Волчок» и «Жить»?

Василий Сигарев: На самом деле в этих фильмах были одни и те же дети – девочки снимались в «Волчке», но я их там вырезал и чувствовал себя несколько виноватым, поэтому решил, что возьму их на какую-то большую роль в другую картину, так они попали в фильм «Жить». Девочки знали только половину сюжета, но мама была в курсе всей истории. Сразу хочу сказать, что в сцене похорон в гроб мы их не клали, это были очень качественные муляжи, которые делал тот же человек, что работал в картине «Высоцкий. Спасибо, что живой», и это дорогое удовольствие, но по-другому мы бы просто не смогли, это не по-христиански.
В «Волчок» мы очень долго искали девочку на роль дочери главной героини. Мы с Яной много ездили по детским домам, садикам, посмотрели около пяти тысяч претенденток, но девочку нашли случайно за две недели до съемок. Когда работали над фильмом, я пытался Полине что-то объяснить, но понял – бесполезно посвящать в актерские подробности ребенка.

Яна Троянова: Хочется пожелать зрителям, чтобы у них никогда не возникал вопрос: жить или нет, и такая беда как у героев нашей картины обходила стороной. Вообще над фильмом «Жить» было очень трудно работать. Я – фанат площадки, обычно там я себя чувствую замечательно, но во время съемок «Жить», особенно в последние дни, когда снимались финальные сцены, выходить на площадку очень не хотелось – настолько была тягостной атмосфера этой трагедии. После этой картины возникло желание снять комедию.

Ирина Сорокина