12+

Такие дела: на сцене Камерного драматического театра прошла премьера моноспектакля по роману Курта Воннегута «Бойня номер пять, или Крестовый поход детей»

Выбор текста для такой постановки в КДТ – за актером, и Александр Сергеенко объясняет его желанием «сделать нечто антивоенное»: «Сейчас всё вокруг довольно агрессивное, военизированное – хочется что-то этому противопоставить». Главный герой романа – странный человек, но именно его странный взгляд помогает увидеть войну одновременно изнутри и со стороны. Практически не участвуя в бою как солдат, в полной мере почувствовал на себе жребий военнопленного и в этом качестве пережил самый страшный эпизод своей войны. Этот момент – автобиографический: Курт Воннегут, служивший в союзнических войсках, попал в плен и был направлен в Дрезден, где в феврале 1945-го стал свидетелем бомбардировки города авиацией союзников. Он в числе семи американских военнопленных случайно выжил, укрывшись в глубоком подвале заброшенной скотобойни, в то время как Дрезден был буквально стерт с лица земли ураганным пожаром, возникшим в результате бомбежки. Билли Пилигрим – воплощение заурядного человека, не героя, который попал в жернова войны, как пешка, как один из многих миллионов, чтобы быть принесенным в жертву – чему? На этот вопрос пытаются ответить автор романа, его герои, актер и режиссер спектакля. Название «Такие дела» – будничная фраза, звучащая рефреном на протяжении всего действия, всякий раз служит комментарием к известию о чьей-то смерти.

Кстати, режиссер Яков Рубин обращается к этому роману Воннегута не впервые: «Идея поставить этот спектакль была у меня еще в 2005 году. Тогда к нам обратился театр из Франкфурта-на-Майне с предложением сделать совместную работу, и я выбрал для постановки именно «Бойню номер пять». Планировалось, что в спектакле примут участие труппы обоих наших театров, мы уже готовились к репетициям, даже побывали во Франкфурте, познакомились со сценой, на которой предстояло играть – спектакль хотели показывать и в России, и в Германии. Но потом немецкие коллеги отказались от этой идеи: тема Второй мировой войны там до сих пор очень болезненна, и комплекс национальной вины затрудняет разговор о бомбардировках немецких городов авиацией союзников. Сейчас этот текст для своего моноспектакля предложил Александр Сергеенко – мы пока не знаем, каким он будет».

Сам Воннегут писал, что роман написан в «телеграфически-шизофреническом стиле». Герой перемещается по времени своей жизни, то возвращаясь в раннее детство, то вновь оказываясь на войне, то обнаруживая себя заснувшим в своем оптометрическом кабинете во время приема пациента. Дело осложняется еще и тем, что Билли Пилигрима похищают инопланетяне, и часть своей жизни он проводит в качестве экспоната в зверинце на планете Тральфамадор. Текст романа лишен четкой хронологии, разбит на множество фрагментов, из которых, как из камней разрушенного бомбами города, складывается картина мира, лишенная гармонии и целостности. В спектакле эта особенность романа передана моментальным переключением актера от образа к образу, от одного места действия к другому. Для каждого персонажа – их в романе и спектакле много – найдена своя характерная интонация, своя пластика, яркая деталь в костюме.

Конечно, для постановки текст романа сокращен, но те эпизоды и герои, на которых делается акцент, говорят о смысловом посыле спектакля. Множество лиц и судеб, которые возникают перед зрителем словно из ниоткуда, создают страшную картину войны – бойни, которая не имеет цели и смысла, но несет неизмеримые страдания. Герой, чтобы не сойти с ума, пытается осмыслить происходящее – но видит только бесконечный круговорот массового убийства: сегодня он смотрит на трупы девочек, заживо сгоревших в дрезденском пожаре, а вчера мыл руки мылом, сделанном из жира людей, убитых отцами и братьями этих девочек… Является ли война необходимой частью человеческой истории? Писатель говорит, что писать антивоенную книгу – всё равно что писать книгу антиледниковую. Действительно ли всё так безнадежно и машину войны не остановить? Увы, однозначно ответить на этот вопрос в романе могут только тральфамадорцы: один убивает, другой умирает – такова структура этого момента, не концентрируйся на плохом – концентрируйся на хорошем. Живущие в четырех измерениях существа, общающиеся телепатемами, – может, они знают, о чем говорят, или для землян их правда всё-таки не применима?..

Попытка рассмотреть войну с разных точек зрения в романе Воннегута в спектакле показана как «диалог» разных сторон: здесь есть и немцы, и англичане, и американцы, и русские. Все они одинаково измучены войной и одинаково беззащитны перед смертью. Удивительно, но Александру Сергеенко каким-то образом удается сыграть не только отдельных персонажей, но и «толпу»: перед нами словно возникают то колонна американских пленных, то англичане, всю свою войну прожившие в немецком плену, то страшная похоронная команда, ищущая трупы в развалинах сожженного Дрездена, то фантастические тральфамадорцы, разглядывающие Билли Пилигрима сквозь прозрачный купол в зверинце… Звуковое оформление спектакля подчеркивает хаос происходящего и многоголосие войны, а единственную фантасмагорическую декорацию – детскую ванночку, поставленную на колеса, актер всё время держит при себе, превращая ее по ходу действия в то, что необходимо в данный момент. Тема «крестового похода детей» не звучит в спектакле отдельно, но напоминанием об этой линии романа служит кукла-младенец, которая то оказывается у актера в руках, то сидит, «смотря» на зрителя, то лежит, беспомощно воздев ручки и ножки. И, наверное, воплощает в себе вопрос: не так ли беззащитен и человек перед лицом войны?..

Ближайшие показы спектакля «Такие дела» пройдут в Камерном драматическом театре 10 и 11 ноября.

Светлана Гришина