12+

«Без малого 40 лет нас связывали дружба и единомыслие». Новый материал «Беловского круга» посвящен Феликсу Кузнецову

90 лет назад, 22 февраля, родился Феликс Кузнецов – литературовед, критик, специалист в области истории русской и советской литературы, член-корреспондент Российской академии наук, лауреат Государственной премии РСФСР.

Феликс Кузнецов – автор 300 литературно-критических и публицистических статей, посвященных творчеству крупных отечественных писателей минувшего века, таких как Федор Абрамов, Василий Белов, Юрий Трифонов, Василий Шукшин, Валентин Распутин, Евгений Носов и др.

Родился Феликс Кузнецов в деревне Маныловица Тотемского района Вологодской области в семье сельских учителей.

«Родился я 22 февраля 1931 года в селе под Тотьмой. Отец мой – Феодосий Федорович Кузнецов и мать – Ульяна Ивановна Широкова были учителями. Дети крестьян Тотемского уезда Вологодской губернии, после революции они пошли учиться в Тотемское педучилище. В 1924-25 годах они училище закончили, поженились – и возник я. …окончил Тотемскую среднюю школу, поступил вначале в Институт международных отношений, а потом перевелся в МГУ, закончил университет, затем аспирантуру и далее ушел в критику и науку. Благодаря эпохе я смог, как говорят американцы, сделать сам себя. И миллионы таких, как я».

Кузнецов возглавлял отдел критики, а затем – литературы в «Литературной газете». В это время он яростно отстаивал творчество молодых авторов: Василия Аксенова, Анатолия Гладилина, Анатолия Кузнецова. «Четвертое поколение революционеров» – так охарактеризовал их Феликс Феодосьевич в своей одноименной статье.

Позднее Кузнецов обратился к творчеству других молодых писателей – авторов «деревенской прозы», он защищал и поддерживал произведения Василия Белова, Валентина Распутина, Федора Абрамова, поэзию Николая Рубцова.

«…я горжусь, что первым в Москве с помощью радио донес до людей слово Рубцова и помогал его публикациям, что представил читателям первую книжку Валентина Распутина в статье с пророческим заголовком «Писатель родился», что первым написал о рассказах Белова и его «Привычном деле», что последовательно защищал от нападок прозу Абрамова и Яшина, что не было, пожалуй, ни одного талантливого произведения, которое прошло бы мимо моего внимания и поддержки».

Феликс Кузнецов играл значительную роль в отечественном литературном процессе как организатор и «администратор». С 1976 по 1986 год возглавлял Московскую писательскую организацию. Затем в течение семнадцати лет руководил Институтом мировой литературы им. А. М. Горького Российской академии наук. Феликс Кузнецов являлся крупным специалистом по творчеству М. А. Шолохова. Итоговой работой в этой области стала книга «Тихий Дон»: судьба и правда великого романа», имевшая большой общественный резонанс.

Василия Белова и Феликса Кузнецова почти 40 лет связывали «дружба и единомыслие, а также чувство землячества». Кузнецов поддержал в «Комсомольской правде» первую книгу Белова «Деревенька моя лесная», а позже в газете «Правда» – его первую повесть «Привычное дело», и это во многом решило судьбу произведения.

«Моя статья о повести «Привычное дело» пролежала без движения в редакции газеты «Известия» более полугода. Впрочем, «без движения» – не вполне точно. Редакция направила рецензию «для консультации» в Отдел культуры ЦК КПСС, и там «не посоветовали» публиковать рецензию.

Тогда я передал статью в «Правду». Главный редактор М. В. Зимянин сказал, что не будет публиковать рецензию, пока сам не прочитает повесть. В библиотеке «Правды» журнала «Север» не оказалось, и я передал ему свой, подаренный мне автором номер. Уезжая в командировку в Финляндию, Зимянин взял журнал с собой... «Какой язык!» – отозвался он о повести Белова после возвращения из командировки. И сразу же поставил статью в номер».

Феликс Феодосьевич считал, что проза Белова развивалась в традиции Михаила Шолохова, творчеством которого литературовед был увлечен. Народный язык и речь деревенской глубинки, которую использовал Василий Иванович в своих произведениях, фольклор и диалект, драматические процессы в жизни русской деревни, запечатленные на страницах беловских книг, – все это роднило Белова и Шолохова. «Проза Белова, как и всей шолоховской школы, – проза прощания с глубоко любимым и родным миром, который на их глазах, а порой и при участии, исчез уже навсегда», – отмечал Кузнецов.

Литературовед вел активную творческую деятельность в Москве, но не терял связи с родиной, в том числе и через Василия Белова. Они постоянно общались, состояли в переписке, их связывал и общий круг друзей. Белов гостил у Кузнецова, о чем с теплотой вспоминали дети Феликса Феодосьевича: «Привет тебе большой от Светланы и моих дочерей, которые тебя хорошо помнят и время от времени спрашивают, когда ты приедешь к нам в гости. <…> Обнимаю тебя крепко» (из письма от 2 июля 1967 года).

В своих письмах Феликс Кузнецов выражает свое беспокойство и состоянием их общего друга – Александра Яшина, а позднее – тоску по ушедшему товарищу. «Завтра 40 дней со дня смерти Александра Яковлевича… Все никак не верится, что его нет…», – писал Кузнецов Белову 18 августа 1968 года.

Феликс Феодосьевич как литературовед очень высоко ценил достижения Василия Белова в литературе. В 2008 году Кузнецов был в числе выступавших на праздновании 75-летнего юбилея писателя в Москве, где отметил, что русская литература второй половины ХХ века была крестьянской литературой, народной литературой. Благодаря этой литературе, а именно таким литераторам, как Белов, Рубцов и Распутин, крестьянский мир обрел уста и выразил себя в ХХ веке.

Проект «Беловский круг»

Музей-квартира Василия Белова