12+

«По злобе и ненависти меня избрали»: выборы в вологодской деревне XIX века обсудили в музее «Семенково»

Неделю назад в музее «Семенково» прошла интереснейшая встреча, на которой – в преддверии нынешнего парламентского голосования – обсуждали выборы. Но не современные, а те, что проходили в вологодской деревне 100 и больше лет назад.

Оказывается, для северного крестьянина конца XIX века выборы не были редкостью. Сходы избирали сотни должностных лиц: сельского, пожарного, огородного старосту, десятского и десятидворного, смотрителей, попечителей и даже добросовестных с оспопрививателями. В деревне выборы были явлением привычным и регулярным. В Вологодском уезде в конце XIX века существовало более 30 выборных должностей, на которые избирались одновременно представители половины всех семей. А через год – другая половина. Поэтому для крестьян выборная служба была нормой жизни. Давно не служившие в выборных должностях считались «виноватыми» перед обществом. Крестьян, не служивших сельскими, огородными или пожарными старостами, десятскими и десятидворными, добросовестными и уполномоченными, просто не было.

Для избрания сотен должностных лиц жители деревни вырабатывали десятки процедур и механизмов, при этом нужно было и не поссориться с соседями, с которыми живешь бок о бок.

Как проходили выборы в северной деревне и можно ли переложить этот опыт или его часть на современность, обсуждали участники круглого стола «Крестьянские выборы» в «Семенково». Его участниками стали видные вологодские общественники, ученые, педагоги, депутаты Законодательного Собрания области, члены Общественной палаты и областной избирательной комиссии. Мероприятие состоялось в рамках грантового проекта «Наши крестьянские будни», победителя XI конкурса «Музеи Русского Севера» компании «Северсталь».

О том, как проходили выборы в деревне, какие должности считались престижными, и на них выстраивались очереди желающих, а какие именовались «собачьими», и кандидаты всеми силами пытались от них увильнуть, рассказал автор проекта, заведующий научно-экспозиционным отделом музея «Семенково» Дмитрий Мухин:

Для северных крестьян конца XIX – начала XX веков выборная служба была нормой, рано или поздно служить на той или иной должности приходилось всем. Например, 30-летних мужиков, не служивших ни в одной выборной должности, в деревне практически не существовало. Но должности были разные: и престижные, и совсем наоборот. На должность волостного старшины, например, все просто мечтали попасть, и была серьезная конкуренция, а вот должность сельского старосты называли «собачьей» и считали, что лучше сквозь землю провалиться, чем ходить в старостах.

Почему крестьяне не хотели быть старостой? Это становится понятно из списка его обязанностей. Староста отвечал в деревне за все, собирал сходы и выполнял все их решения, следил за положением в богоугодных заведениях, за порядком дорог и перевозов, решал споры между крестьянами, выполнял распоряжения минимум 15-ти вышестоящих инстанций. В конце XIX века в сельское общество приходило не менее 500 бумаг, и с каждой надо было разбираться. Все это должен был делать староста. При таком количестве обязанностей староста не имел отношения к расходованию средств, любые деньги выделял только сход. Староста же, если имел какие-то идеи, куда потратить средства, должен был доказать это сходу, чтобы крестьяне проголосовали. Полная зависимость старосты в финансовых решениях усугублялась еще и личной ответственностью за общественную казну. В конце года сход избирал учетчиков, которые проверяли, на что потрачены средства. Если денег в казне оказывалось меньше, чем должно быть по мнению учетчиков, староста обязан был восполнить недостающее из собственных средств.

Неудивительно, что на должность старосты никто не хотел идти, и когда кого-то выдвигали на нее, кандидат усиленно «шумел за себя от выборов» – доказывал, что его не надо избирать. Хотя шансов отказаться было не так много. Избранию на должность старосты мог помешать возраст – меньше 25 лет или старше 60, судимость или тяжкий телесный недуг. Последний, конечно, еще нужно было доказать. Также в старосты не брали людей развратного поведения и пьяниц, но и эти недостатки у себя кандидат должен был убедительно доказать. Если же сход решал, что он пьет «не постоянно, а временно», то от должности старосты ему было не отвертеться.

Участникам круглого стола «Крестьянские выборы» предложили представить себя в роли кандидата на роль старосты и «пошуметь за себя» – оказалось, что это задача не из легких. В итоге сельским старостой «избрали» председателя Общественной палаты Вологодской области, ректора Вологодского государственного университета Вячеслава Приятелева.

Еще одной незавидной должностью была должность волостного судьи. «Нет ничего хуже, чем судить соседей, – отметил Дмитрий Мухин. – Все довольны никогда не будут и испортить отношения, будучи судьей, проще всего. На такие должности часто выдвигали из мести или в качестве наказания. Крестьяне так и писали в своих бумагах: “по злобе и ненависти меня избрали”».

Сами методы голосования на рубеже XIX-ХХ веков также использовали различные. На сходе было достаточно криков. В теплое время года, если сход был на улице, могли развести голосующих на две кучки и посмотреть, которая больше. На волостном уровне использовалась баллотировочная машинка, в которую голосующие кидали шарики – в белую («за») или черную («против») ее половину. Кидали «покандидатно»: голосуют за первого кандидата – все кидают шарики и сразу же их подсчитывают. Дальше идет голосование за второго кандидата, затем – за третьего и т.д. Если кандидатов было много, такая процедура могла идти несколько часов подряд. Применительно к сегодняшнему дню это означает примерно то же самое, как если бы современные россияне могли поставить в бюллетене любое количество галочек. Если избирателю нравится не один, а два или три кандидата, он мог поддержать их всех. Побеждал тот, кто наберет наибольшее количество белых шаров.

Еще одним популярным – и, самое главное, бесконфликтным – способом голосования у крестьян было кидание жребия. Считалось, что падает он не просто так, что его ведет Бог и поэтому оспаривать жребий – то бишь спорить с Богом – никто не осмеливался. Так, например, в некоторых уездах выбирали полицейского сотского (еще одна незавидная должность). В его обязанности входило следить за порядком в деревне, на ярмарках, водить преступников, в случае эпидемий везти на своей телеге больных до больницы.

Как выяснилось в ходе международных конференций, опыт северных крестьян в отношении выборов – явление уникальное. Как выбрать сотни соседей и при этом сохранить время и отношения? Вот и выбирали криками на сходах, баллотировкой шарами, жребиями, очередями и даже «злобой и ненавистью». Такое разнообразие форм уникально в европейском масштабе, поэтому крестьянский опыт – это важная основа для разговора не только об истории, но и современности. Повысится уровень доверия, если в избирательной системе появятся жребии или очереди? Сейчас практики наших крестьян – в частности использование жребия – активно обсуждаются в Европе в качестве способа, приемлемого для голосования.

Методы крестьянских выборов обсудили и участники круглого стола в «Семенково», проводя параллели с современностью. Вячеслав Приятелев отметил определенную степень преемственности или наличие схожих форматов в управлении современных ТОСов или некрупных сельских населенных пунктов.

Председатель постоянного комитета по культуре, образованию и здравоохранению Законодательного Собрания области Людмила Ячеистова заметила, что в крестьянской общине наблюдалась как раз истинная демократия – власть народа. «Каждый проходил эту школу демократии, каждый время от времени становился властью. А значит, был ответственным. Значит, стыдно было не сделать. И делал ради общества и ради своей семьи в том числе, ради уважения к ней и так далее. И нам, сегодняшним, этой демократии еще учиться и учиться. Благо, есть у кого – у предков».

Руководитель отдела по взаимоотношениям церкви и общества Вологодской епархии протоиерей Алексей Сорокин заметил, что важным моментом в крестьянских выборах был момент принесения клятвы. Только после принесения в церкви торжественного и весьма внушительного обещания исполнять свои обязанности «до последней капли крови, не щадя живота своего», крестьянин становился полноправным должностным лицом. «Сейчас практика принесения клятвы существует только на высоком уровне – при избрании президента или губернатора – а на других уровнях этого нет. Речь идет о некоей торжественности, подчеркивающей важность принятого решения. Мне кажется, этот момент важен», – отметил отец Алексей.

Круглый стол «Крестьянские выборы» стал одним из заключительных мероприятий проекта «Наши крестьянские будни», который музей реализует в этом году на средства гранта «Северстали». «Мы люди, живущие в XXI веке, уже не носим сарафаны и рубахи, не используем крестьянскую утварь, говорим совсем другим языком. Но есть то, что объединяет нас, живущих сегодня, и людей конца XIX века – это проблемы, которые не меняются, – пояснила идею проекта заведующая музеем «Семенково» Наталья Киршина. – Одинаково волновали и волнуют вопросы статуса, сохранения здоровья, семьи. Скрепы между двумя поколениями мы и пытались найти, обращаясь к эмоциям, чувствам, чтобы современные люди лучше поняли предков. Мы пытались представить крестьян как живых людей, сталкивающихся с теми же проблемами, с которыми мы сталкиваемся сегодня. И попробовать с позиций дня сегодняшнего переосмыслить этот опыт».

Елена Легчанова