12+

«Но кто же он такой? Сложнейший из вопросов!» Театр для детей и молодежи представил на фестивале спектакль «Сирано de Бержерак»

Героическая комедия по одноименной пьесе Эдмона Ростана в постановке народного артиста России Бориса Гранатова входит в конкурсную программу XIV Международного театрального фестиваля «Голоса истории». В этот раз театр играл не под открытым небом, а на родной сцене – по словам режиссера, это созвучно духу спектакля, поскольку история, лежащая в его основе, очень театральная. Жизнь героев – как представление на театральных подмостках: яркая, шумная – и короткая, а счастье призрачно, как рисунок на заднике сцены – сменили декорации, и нет его…

Сирано в исполнении Виктора Харжавина безрассудно храбр, и не только в бою или на дуэли – он не боится назвать бездарность бездарностью, а подлость – подлостью. Но есть то, против чего он бессилен – его страх перед собственной внешностью. Он не верит, что его уродство можно не замечать, хотя те, кто хорошо его знает и любит, действительно не замечают его. Тот же Ле Бре (заслуженный артист России Игорь Рудинский) совершенно искренне советует ему влюбиться, не предполагая, что делает другу больно – ведь он просто «не видит» его длинного носа. Сирано действительно получился очень обаятельным, и его трагедия – в нем самом. «Если говорить об известных исполнителях этой роли, то это Михаил Казаков, Игорь Кваша, Александр Домогаров, Сергей Безруков – все они признанные красавцы, – рассуждает Борис Гранатов. – Но тут дело не во внешности, а в комплексах, во внутренних проблемах».

Историю Сирано раскрывает слаженный актерский ансамбль, каждый из участников которого по-своему воспринимает главного героя. Для утонченной Роксаны (Анастасия Латкина) Сирано – кузен и друг детства, которому, не стесняясь, можно поведать всё и даже попросить помощи в сердечных делах. Тонко чувствующая девушка, Роксана, однако, не замечает, в каком смятении ее кузен, как больно ему слышать ее признания. Кристиан (Андрей Камендов) устроен просто, но не примитивно. Он с самого начала осознает свою «неотесанность», а по мере общения с Сирано и развития романа с Роксаной с горечью понимает, что занял не свое место. Граф де Гиш (Эдуард Аблавацкий), надменный и самодовольный богач, облеченный властью, ведет свою игру, а будучи «обыгран» Роксаной, жестоко мстит ей. Персонажи второго плана не менее колоритны, например, дуэнья Роксаны (Екатерина Чаукина) и трактирщик Рагно (Денис Долбышев) придают спектаклю комедийный «вкус», делая многие сцены по-настоящему смешными.

В спектакле занята вся труппа театра, и именно эта многонаселенность создает атмосферу, в которой развивается действие. Публика Бургундского отеля жаждет развлечения и зрелища, и ей, по большому счету, всё равно, какая трагедия разыгрывается у нее перед глазами: умирающему Сирано, произносящему свой последний монолог со сцены, рукоплещут как актеру, хорошо сыгравшему роль. «Пьеса очень театральная. Это не история реального Сирано – Ростан многое придумал, и неизвестно, была ли в его жизни эта несостоявшаяся любовь, – объясняет Борис Гранатов. – Сирано на глазах у зрителей надевает длинный нос, гвардейцы цепляют бутафорские усы. А в финале он на сцене играет свою смерть. Вообще театр – это всегда игра, условность, даже тогда, когда жизнь пытаются воссоздать в формах самой жизни».

Говоря об атмосфере спектакля, нельзя не сказать о костюмах. Созданные художником Ольгой Резниченко наряды очень условны, но в этой условности, разнообразии и пестроте проглядывает стиль барокко, созвучный пьесе Ростана, а современные детали – пиджак, шляпы и кроссовки – не выглядят инородными. Одинаковые маски, которые в нужный момент оказываются в руках у актеров, напоминают о карнавале и желании скрыть свое истинное лицо. «Кажимость» уродства Сирано подчеркнута тем, что свой бутафорский нос (причем носов два – один длинный, другой вздернутый) актер по временам снимает, меняет один на другой, а впервые он появляется перед зрителем вообще без носа, наверняка вызывая недоуменное: как же так? вот это Сирано!.. Но в этом, возможно, и кроется разгадка его трагедии: ведь он «надевает» свой длинный нос сам, сам закрывая себе путь к взаимности и счастью…

«Эклектичность костюмов подчеркивает мысль о том, что такая история может произойти в любую эпоху, происходит всегда, – подчеркивает Борис Гранатов. – Этому же служит смешение стилей и жанров в спектакле: там и клоунада, и театр дель арте, вдруг появляется микрофон и современная ударная установка. «Болеро» Равеля (а Равель – это тоже Франция) стало лейтмотивом спектакля, и шествие с масками хорошо легло на эту музыку».

Пьеса Ростана написана в стихах, и режиссер много работал над выбором перевода. «Мне хотелось, чтобы текст звучало не архаично, чтобы актеры разговаривали сегодняшним языком, – объясняет Борис Гранатов. – В театре звучащее слово должно сразу восприниматься на слух. В основе постановки – перевод Владимира Соловьева с небольшими вкраплениями других переводов». В обращении со стихотворным текстом актерам удалось добиться максимальной естественности – они действительно общаются, думают и чувствуют стихами. И тонкая грань между игрой и искренним чувством, между условностью театра и реальностью эмоции, наверное, и составляет обаяние этого спектакля.

Светлана Гришина