12+

«Я не собираюсь ломать вкусы вологодского зрителя»: Алексей Ожогин о том, каким он видит будущее драмтеатра

Алексей ОжогинЕго жизненный принцип – не обсуждать политику и религию. На остальные темы он разговаривает охотно и увлеченно, открываясь с разных сторон и выказывая недюжинный жизненный опыт, широту взглядов и богатую эрудицию. Знакомьтесь – Алексей Вячеславович Ожогин, новый художественный руководитель Вологодского драматического театра.

Коротко об Алексее Ожогине: родился и вырос в Вологде, окончил школу № 3. Уже в школе благодаря влиянию учителя литературы Владимира Файнберга и занятиям в драмкружке понял, что хочет связать свою жизнь с режиссурой. Поступил на курс ГИТИСа, открывшийся при Вологодском драматическом театре (к слову, первый ГИТИСовский курс, организованный на выезде, вне стен института). После окончания ГИТИСа уехал работать в Кировский драматический театр, где в 19 лет поставил свой первый спектакль. Затем по приглашению переехал в Котлас, где стал художественным руководителем и директором местного драмтеатра. Отслужив в котласском театре три сезона, по предложению декана актерского факультета ГИТИСа Валентина Теплякова переехал в Москву, поступил в аспирантуру и занялся преподавательской работой. Около 20 лет преподает актерское мастерство студентам ГИТИСа. Сейчас работает в Московском современном художественном театре, ставит спектакли в российских и зарубежных театрах в качестве приглашенного режиссера. С августа 2018 года является художественным руководителем Вологодского драматического театра, выиграв конкурс на соискание вакантной должности худрука.

В интервью cultinfo.ru Алексей Ожогин рассказал о себе, наметил векторы развития Вологодского драмтеатра, а также приоткрыл завесу тайны, объявив название своей первой постановки в качестве худрука ВДТ.

Алексей Вячеславович, Вологда для вас родной город, но вы уехали отсюда много лет назад, постранствовали по городам и весям, а затем осели в Москве. Почему тогда не сработал принцип «где родился, там пригодился» и почему он сработал сейчас?

Это не мой принцип. Пригождаться можно (и нужно) везде. А вот в моем случае этот принцип, как мне думается, мог сыграть в минус. В силу такого, знаете, момента привыкания окружающих к тому образу, который уже сложился. Оставшись в Вологде, я, возможно, до конца дней оставался бы мальчиком, которого все помнят по учебе в разных школах-студиях-вузах; качественных изменений во мне могли и не увидеть. Плюс я понимал, что если хочу развиваться как режиссер – а мне именно этого всю жизнь хотелось, – то в Вологде на тот момент для меня не было перспективы. Ну и синдром единственного ребенка в семье – мне хотелось вырваться на свободу, стать самостоятельным, напитаться впечатлениями, посмотреть мир, другие театры, познакомиться со многими людьми – то есть весь комплекс желаний, который возникают у молодого человека в 19 лет. К помощи родителей (отец работал в администрации города) я прибегать не хотел: решил всего добиться сам.

Может быть, это такая особая философия пилигрима? Вы, насколько я понимаю, нигде особо не пускали корней?

Может быть, отчасти, да. Если говорить глобально, я весь земной шар воспринимаю как дом.

Человек мира?

Да, абсолютно. Это так сформировалось, потому что много ездил, и в России работал, и за границей. Театральное пространство прекрасно тем, что оно всемирно. А я живу в этом пространстве, и потому каких-то рамок особо не ощущаю.

А насчет корней… Где-то году в 2007 или около того я для себя принял решение, что для меня какой-то базой, местом, где я более-менее оседаю, покупаю квартиру и чувствую, что это мой угол, – стала Москва. Здесь мои друзья, знакомые, работа, преподавание в одном из лучших театральных вузов мира. Самое главное для меня в Москве – то, что это театральная мекка: здесь ты находишься в эпицентре театральных процессов.

Теперь эта «база» должна сместиться на 450 километров к северу?

Сейчас я Вологду воспринимаю по-другому. Лет 10 назад я бы не решился на переезд, а сейчас коммуникации, информационное пространство как-то разрослись, и пять часов езды от Москвы тоже перестали ощущаться большим расстоянием. В ГИТИСе я нагрузку сократил до минимума, оставшись только на одном курсе, в МСХТ тоже отказался пока от постановок – аккумулирую все силы и дела здесь, в Вологде. Вологодский драматический театр – это сейчас для меня то место, где я хочу быть максимально полезным.

После Москвы не будет проблем в общении с вологодским зрителем? Все-таки Вологда – город особый в театральном отношении, и менталитет специфический, в чем-то патриархальный…

Я не вижу здесь проблемы. Во-первых, что такое периферийный зритель, я знаю не понаслышке. Вспоминая юность: первый театр, которым я руководил в качестве худрука, был Котласский драмтеатр в довольно маленьком городке, гораздо меньшем, чем областной центр Вологда. Это были 1990-е годы, когда зрители не особо ходили в театр, но мы старались делать на то время «продвинутые» спектакли – и результат не замедлил сказаться: когда я пришел в театр, заполняемость зала была 20-30%, когда уходил – там игрались вечерники (вечерние спектакли – прим.авт.) со вторника по воскресенье и заполняемость зала была около 90 %. В Москве я сейчас ставлю спектакли в коммерческом театре, где работают звезды и где хороший прокат, – мы активно ездим по регионам, и спектакли принимают здорово. Примерно раз в год я сам выезжаю на какие-то постановки на периферию. Плюс у меня в ГИТИСе большое количество студентов-заочников, работающих в разных театрах страны, мы много общаемся – поэтому ситуацию в регионах я представляю.

Насчет вологодского зрителя – я не собираюсь ломать его вкусы, сходить с ума, делать что-то ужасное, что будет отторгнуто всеми. У меня задача сделать разноплановый театр. Есть стационарная большая сцена, на которой мы будем, с одной стороны, стараться сохранять традиции, с другой – идти в контексте современного театра в хорошем понимании этого слова: по технологиям, по подаче и т.д. Есть малая и камерная сцена, которые будут отданы под какие-то творческие поиски, эксперименты в области современной драматургии и молодой режиссуры. Я вообще даю артистам зеленый свет в плане творческих работ – пожалуйста, предлагайте, дерзайте, творите, я всячески помогу. Хочу попробовать продвигать молодежные тематики – ну, понятно, в приличествующих рамках – и посмотреть, что из этого выйдет. В Вологде этот сегмент не отработан – мы хотим эту нишу занять. У меня вообще цель – сделать театр таким культурным центром; в нем есть три сцены, где люди могут удовлетворять свои эстетические потребности в зависимости от пристрастий и интересов: от классики до современной драматургии. Будем искать общий язык с разным зрителем.

С вашим приходом в драмтеатре развели функции руководства: теперь за хозяйственную часть отвечает директор, а за творческую составляющую – худрук. Вам такое разделение по душе?

Абсолютно. Когда я работал худруком в Котласе, я как раз-таки отвечал в театре за все, в том числе и за хозяйственную часть – это мне не очень нравилось. Долгий период после этого я избавлял себя от административных дел, хотя предложения из разных театров были. В целом, конечно, здесь нет ничего страшного – в Вологодский театр ведь я сначала и шел на руководство с позиций единоначалия. Но потом как-то совместно все пришли к мнению, что эти должности надо развести. И когда я, уже став худруком, прошелся по театру, а где-то шел ремонт, где-то что-то чинилось-красилось, я подумал: какое счастье, что меня это напрямую не касается… Хочется заниматься непосредственно тем делом, в котором я смогу принести наибольшую пользу.

Каким вы нашли Вологодский драмтеатр?

Театр в хорошем состоянии, материально-техническая база превосходная, финансирование нормальное. Сейчас пересматриваю видео спектаклей, которые в репертуаре. Меня также порадовала позиция и отношение к театру областного и ведомственного руководства – замгубернатора Олега Васильева, начальника Департамента культуры Владимира Осиповского, его заместителя Дмитрия Климанова. Я вообще (как, наверное, любой творческий человек) с долей скепсиса отношусь к чиновникам, меня никак нельзя обвинить в сильной любви к ним, – но здесь я нашел полное понимание. В том смысле, что мы разговариваем на одном языке и видим одинаковые векторы и направления развития театра – касаемо репертуарной и гастрольной политики, омоложения зрителя, сохранения традиций и экспериментов и т.д.

В театре был конфликт, связанный с увольнением предыдущего худрука, и труппа раскололась надвое. Как планируете выходить из этой ситуации?

Надо двигаться дальше и заниматься делом. Работать надо. Это профессиональные обязанности. Кого каким образом волнует, в каких я отношениях с кем-то? Есть профессия – и нужно заниматься ею. Артист, как и режиссер, – рабочий человек. Он должен приходить на репетицию настроенным на работу, на творчество. Это уже твой профессионализм, как ты сможешь себя на это настроить. А когда все будут заняты делом, времени и сил для разборок не останется.

Сейчас все ждут от вас первое название. Какой спектакль станет для вас дебютным в качестве худрука Вологодской драмы?

У вас эксклюзив, я его впервые озвучу: «Зойкина квартира» по Михаилу Булгакову. Это вполне осознанный выбор. Во-первых, стоит задача максимально занять труппу, что здесь вполне можно сделать. Во-вторых, тематика пьесы – пороки, разлагающие человека – актуальны сегодня как никогда.

Но на открытии сезона в начале ноября театр покажет другой спектакль?

Да, открываться мы будем 3 ноября спектаклем «Сон» по Достоевскому, который ставила режиссер из Санкт-Петербурга Инна Аронова («фантасмагорическая трагикомедия по мотивам повести Ф.Достоевского “Дядюшкин сон”» – прим.авт.). Ее приглашал для постановки еще мой предшественник. А «Зойкина квартира» выйдет в начале декабря.

Что будет с детским репертуаром драмтеатра?

Сам я не ставлю детских спектаклей – это определенный сегмент театрального рынка, в котором тоже надо быть профессионалом, а я в силу жизненных обстоятельств никогда с этим не соприкасался. Но детский репертуар очень важен, я это хорошо понимаю. Поэтому их будут ставить приглашенные режиссеры. Что-то, возможно, будет поставлено силами самих артистов – такие примеры в драмтеатре тоже были. Ближе к лету хочется сделать большую, красивую сказку в двух вариантах – выездную (чтоб возить на гастроли) и стационарную. Ну и перед Новым годом обязательно будет какая-то зимняя сказка. Это уже традиция, которую нельзя нарушать. Помню, как сам в детстве ходил в драмтеатр на новогодние утренники…

С вологодским профессиональным театральным сообществом планируете как-то взаимодействовать? СТД, ТЮЗ, «Теремок», Камерный театр?

Мы со всеми будем дружить. Я обязательно сделаю визиты вежливости ко всем, и мы будем общаться и взаимодействовать, потому что делить нам нечего: у каждого свое направление, свой зритель, свои задачи. Мы в одной лодке и делаем общее дело.

Следующий год для драмтеатра юбилейный – 170 лет. Какие-то идеи на счет этого знаменательного события уже появились?

Идеи есть и планы обширные. Но пока озвучивать не буду, так как надо получить подтверждение своим задумкам у учредителя – Департамента культуры. В скором времени, я думаю, мы обсудим их, и я смогу уже с полным правом рассказать, как будем праздновать такую солидную для театра дату.

Елена Легчанова

Поделиться
Плюсануть
Класснуть