12+

Белков Вячеслав Сергеевич

В. Белков. Фото Юрия Чернова, 1991 г. В. Белков и Н. Сочихин (слева), сургутский поэт. Праздник «Рубцовская осень», 1998 г. Слева направо: В. Белков, Г. Меньшикова (вдова Рубцова), А. Грязев (прозаик). Село Никола, открытие музея Рубцова, 1990 г. А. Драчев, А. Цыганов (прозаики), В. Белков. В. Белков и Ё. Накамура (японский литературовед, переводил на японский произведения В.И. Белова). Прилуцкий монастырь. Слева направо: В. Белков, О. Фокина (поэтесса), В. Оботуров (критик), А. Романов (поэт, прозаик). Вечер в областной библиотеке им. И. Бабушкина, посвященный Рубцову, кон. 1980 – нач. 1990-х гг. В. Белков. Фото Олега Юшкова, 1991 г.
  • В. Белков. Фото Юрия Чернова, 1991 г.
  • В. Белков и Н. Сочихин (слева), сургутский поэт. Праздник «Рубцовская осень», 1998 г.
  • Слева направо: В. Белков, Г. Меньшикова (вдова Рубцова), А. Грязев (прозаик). Село Никола, открытие музея Рубцова, 1990 г.
  • А. Драчев, А. Цыганов (прозаики), В. Белков.
  • В. Белков и Ё. Накамура (японский литературовед, переводил на японский произведения В.И. Белова). Прилуцкий монастырь.
  • Слева направо: В. Белков, О. Фокина (поэтесса), В. Оботуров (критик), А. Романов (поэт, прозаик). Вечер в областной библиотеке им. И. Бабушкина, посвященный Рубцову, кон. 1980 – нач. 1990-х гг.
  • В. Белков. Фото Олега Юшкова, 1991 г.
(15.09.1952 – 12.12. 2006)

Критик, прозаик, лауреат Всероссийской литературной премии «Звезда полей» им. Н. Рубцова (2000) Вячеслав Белков родился в Вологде.

Окончил Вологодский пединститут (1977), был рабочим, журналистом. Член Союза писателей с 1991 г. Возглавлял Рубцовский центр в Вологде, являлся одним из издателей поэтического журнала «Автограф». Последние годы жизни страдал депрессией, застрелился.

Работы Белкова в основном затрагивают биографические и текстологические вопросы творчества Николая Рубцова. Книги Вячеслава Белкова, посвященные Рубцову, известны не только в России, но и за рубежом. Благодаря ему увидели свет около 50 утерянных когда-то рубцовских стихотворений.

Сочинения: Неодинокая звезда. – М., 1989; Повесть о Вологде. – Вологда, 1991; Жизнь Рубцова. – Вологда, 1993; Половинка луны. Проза. Хайку. Легенды о Рубцове. – Вологда, 1994; Вчера и сегодня. – Вологда, 1996; Первые итоги. – Вологда, 1999; Рубцов сегодня: очерки и размышления. – Вологда, 2003.

Статья В. Белкова «Звездный год Николая Рубцова»

Вячеслав Белков. «Первые итоги. Из жизни Николая Рубцова»  

Виктор Бараков «Чтоб встречали теплом (памяти Вячеслава Белкова)»

Вячеслав Белков был не только рубцововедом. Он писал прозу (почти никем не замеченная «Повесть о Вологде» отличается особой проникновенностью); стихотворения редкой для нашей поэзии формы – хайку (трёхстишия), опубликованные и у нас, и в Японии; критические статьи о современной литературе. Но главной в его жизни была дума о Рубцове.

Начинал он со статей в знаменитом «Вологодском комсомольце», большая часть которых вошла в его первую книгу о поэте «Неодинокая звезда» (1989). Надо сказать, что тираж её был неплохим даже по тем временам – 75 тысяч экземпляров. Продавалась книжечка (под знаком библиотеки журнала «Молодая гвардия») в киосках «Союзпечати» по всей стране, Белков стал известен даже в самых глухих углах державы, а уж любители поэзии Николая Рубцова знали это имя и раньше. Вячеслав Белков стал ездить на семинары критиков, на писательские пленумы, широко печатался в журналах, в том числе столичных. Литературная карьера складывалась удачно, шла по нарастающей, как вдруг... Все мы знаем, что стоит за этим «вдруг». Свалилась в пропасть страна, рухнули не только тиражи журналов – сами журналы и целые издательства ушли в небытие, писатели из народных поводырей превратились в таких же, как все, беспомощных и ошарашенных граждан. В Вологодской писательской организации, в которой уже состоял Белков, 1990-е вспоминаются как сплошные похороны – мы провожали каждый год по два человека... Лучше всех об этом времени сказал поэт Николай Зиновьев:

От мира – прогнившего склепа,

От злобы, насилья и лжи

Россия уходит на небо,

Попробуй её удержи.

Русского человека можно убить, споить, сгноить, но души его горящей лишить невозможно. Белков каким-то чудом добился разрешения публиковать газетные выпуски-приложения под немудрёным названием «В мире Рубцова» – и это в самые безденежные и бызыдейные, русофобские годы! Именно в начале 90-х открылся в Вологде и первый в стране Рубцовский центр. Менялись его адреса, приходили и уходили помощники, но неизменным был руководитель Вячеслав Сергеевич Белков. Можно сказать, что он сам был рубцовским центром, к которому со всех сторон ручейками текли письма, посылки с книгами, музыкальными записями и фильмами. Квартира Белкова уже тогда была домашним музеем Рубцова, там хранились редчайшие автографы, фотографии поэта, уникальные издания.

При непосредственном участии Белкова рубцовские центры были созданы в Москве, Питере, Дзержинске и других городах России и СНГ, он помог издать словарь языка Рубцова, содействовал открытию музеев поэта, памятников. Как сказал сам Белков:

Рубцов был дежурным

по русскому слову,

А я вот дежурю

теперь по Рубцову...

Сегодня литературоведческие работы нужны только узким специалистам, однако Вячеслав Белков ещё успел застать то время, когда литературой и критикой интересовалось всё общество. Всегда будут стоять на библиотечных полках и его книги, и самые авторитетные на сегодняшний день библиографические рубцовские справочники, вышедшие в Вологде и Санкт-Петербурге под строгим контролем и любовной опекой Белкова.

Вячеслав Белков занимался не только библиографическими, но и редкими ныне текстологическими изысканиями, он был непревзойденным знатоком бесконечных вариантов стихотворений Рубцова и лучше всех ориентировался в сложнейшем лабиринте их датировок. Именно к нему обращались за консультациями учёные и исследователи из Москвы и провинции.

По сути дела, то, чему посвятил свою жизнь Вячеслав Белков, называется практическим источниковедением – основой основ подлинного литературоведения. Сегодня невозможно представить ни одного обзора истории литературы XX века, где бы в разделе о Николае Рубцове не упоминались бы книги вологодского критика.

В конце 90-х Вячеслав Сергеевич стал издавать в Вологде литературно-художественный журнал «Автограф», который на протяжении девяти лет оставался пусть маленьким, но единственным литературным журналом на всю Вологодскую область. В нём он публиковал не только материалы о Рубцове, но и стихи, прозу, критику самых разных, порой неизвестных авторов из Вологды и области, Москвы, Питера, Сочи... Не понаслышке знаю, как они были благодарны ему за это.

Всё же основной, задушевной для Белкова мечтой была та, которую, к сожалению, так и не удалось осуществить: он всю свою творческую жизнь писал подробную, «капитальную», по его словам, биографию Рубцова. Раскладывал её по годам, месяцам, дням и даже часам – создавал летопись жизни и творчества поэта. Если собрать части этой летописи, рассыпанные по книгам Белкова («Жизнь Рубцова», 1993; «Первые итоги», 1999; «Рубцов сегодня», 2003), а также по журналам, то получится удивительное исследование, достойное публикации в солидном московском издательстве. Виктор Коротаев однажды посетовал на то, что в книгах Белкова есть «излишняя детализация, перечислительность», однако именно этот «недостаток» оказался, как показало время, достоинством его стиля.

Много лет Вячеслав Белков по крупицам собирал произведения Николая Рубцова: стихи (открыл более пятидесяти неизвестных!), их варианты, прозу, критические заметки, экспромты и т.д. Только он один был способен составить полное собрание сочинений поэта с комментариями к нему. В апреле 2003 года Белков признался: «Все стихи Рубцова у меня собраны и подготовлены, но комментария пока нет».

Что же мешало ему реализовать эти планы? Здесь нет одного ответа, всё слишком сложно.

Мешали нищета и блеск буржуазно-мещанской эпохи, писательская придушенность и связанное с ней уязвлённое самолюбие (начинал-то как!..), равнодушие властей – столько лет он боролся за открытие в Вологде государственного музея Рубцова, жаловался: «Мешают его созданию один-два местных чиновника»; а когда музей всё-таки открыли (в урезанном виде), получил, как его глава, двойную порцию чиновничьей мести. «Крапивное семя» умеет держать в чёрном теле, «кормить завтраками», донимать проверками, требованиями, циркулярами невообразимой глупости (это писатели мыслят образами, а чиновники – инструкциями). Всё это делалось намеренно, чтобы вывести Белкова из себя, загнать его в угол. Тут не только месть, на всё были свои, идеологические причины. Что поделать, если у власти и народа разные идеологии...

Вячеслав Белков более всего переживал не за себя, даже не за своё дело, а за Россию («За неё болит душа», – признался мне весной 2004 года по дороге в Белозерск на семинар молодых авторов); в 25-м номере «Автографа» даже сочинил что-то вроде манифеста: «Мы считаем, что мы делаем важное дело. Мы за сильную, великую Россию! За то, чтобы в нашей стране люди продолжали творить и читать. За то, чтобы Правительство и Путин служили народу, а не кучке ожиревших наглецов. Чтобы убрать из политики и бизнеса всех предателей России... Мы за то, чтобы в Вологодском крае появлялись новые таланты!»

Поэт Юрий Максин посвятил Белкову при его жизни стихотворение «Замело все пути, все дороженьки», которое оказалось пророческим.

Тот, кто хоть раз оказывался встроенным в государственный административный механизм, пусть даже в самой неприметной должности, уяснил – из него только два выхода: либо беспрекословное подчинение, либо уход. Белков и ушёл, но ушёл так, как никто и предположить не мог, всё произошло, как в страшном сне. Его добила болезнь, депрессия, от которой он давно страдал...

Рубцов теперь – целая вселенная. Поклониться надо было в пояс Вячеславу Сергеевичу Белкову ещё при его жизни за подвижничество – так нет, кланяемся теперь его могиле...

Виктор Бараков: «Чтобы встречали тепло. Памяти Вячеслава Белкова» // Литературная Россия №44-45. 02.11.2007

Поделиться
Плюсануть
Класснуть